Органайзер

20.05.2016 – 22.05.2016
XX Тихоокеанская международная туристская выставка «PITE»
Выставки/ярмарки

Все мероприятия (25)

20.09.2012
Как сделать эффективным участие в Workshop STI

Начало: 14:00
Окончание: 15:30
20 сентября на «Сибирском Туристическом Портале – STP» состоялась онлайн-конференция, посвящённая ...

Готовы ли вы добровольно вступать в реестр турагентов:
День в истории
24 мая

1997 год:
В Красноярске состоялось Учредительная конференция, посвященная созданию ...
Также в этот день

STP-эксперт

Не в кризисе дело

12.11.2009

Сезон 2009 года выявил новые тенденции развития туриндустрии на Байкале. Вектор создания туристско-рекреационной ОЭЗ «Ворота Байкала» в Большом Голоустном, заданный прежним руководством Иркутской области, неожиданно сменился. Снова стали актуальными дискуссии о развитии туризма на Байкале, добываются из-под сукна альтернативные проекты и сценарии развития, идет переоценка составляющих прибайкальского туризма. Эти и другие темы стали предметом беседы корреспондента STI Александра Верхозина с руководителем компании «Гранд Байкал» Виктором Григоровым.

Биографическая справка:
Виктор Григоров – один из ведущих представителей байкальской туриндустрии. По образованию - геолог, по призванию – путешественник. В молодости активно занимался общественной деятельностью, спортом и туризмом. Чемпион Иркутской области по шахматам 1986 года. В его биографии нашлось место и для преподавательской работы, и для государственной службы, и для управления бизнесом. В туриндустрию пришел в 2001 году, когда возглавил ООО «Байкальские терема», в 2003 году – генеральный директор ООО «Зеленый экспресс» (торговая марка Green Express), с 2006 года – генеральный директор компании «Гранд Байкал». Тяготеет к реализации масштабных проектов. В 2004 году возглавил штаб Международного фестиваля зимних видов спорта и туризма «Зимниада», в 2006 и 2008 годах руководил штабом Байкальского Экономического Форума.
Сегодня Виктор Григоров входит в правление Российского союза туриндустрии (РСТ), является председателем комитета по предпринимательству в сфере туристской, курортно-рекреационной, ресторанной и гостиничной деятельности Торгово-промышленной палаты Восточной Сибири (ТПП ВС).
Женат, трое детей, хобби – спортивные игры.

STI: Каково лицо современного отдыхающего на Байкале? И какие группы отдыхающих перспективны для развития туризма?

В.Г.: Во-первых, это наши соотечественники, которые любят отдых в натуральном диком духе. Я в этом году проехал на машине от Монахово до Замы и могу сказать – все побережье заполонено «дикарями». Во-вторых, транзитники – организованные группы иностранных туристов, путешествующих по Транссибу. Для них можно организовать здесь более подробные остановки, но не хватает инфраструктуры. Например, можно было бы сделать хороший турпродукт, соединив два великих озера Азии - Байкал и Хубсугул. Сейчас вообще интерес к Монголии в мире огромнен. Но идея остается пока без проекта, не решена проблема перехода Монды-Ханх, нет привлекательных визовых условий. В-третьих, Байкал притягивает развивающихся, пытливых людей. Это научный и учебный туризм, экспедиции, которые устраиваются туркомпании с познавательными целями, экологические лагеря. В начале 90-х я был научным руководителем отряда уникальной экспедиции «Байкальское кольцо», в которой участвовали юные ботаники, географы, экологи со всей страны, по ее результатам проводились конференции. Мощное фундаментальное движение в конце 90-х сошло на нет, потому что экспедиция была бесплатной. Даже работа руководителей не оплачивалась, по итогам двух лет работы мне подарили грамоту. А это неправильно, потому что у меня сегодня энтузиазм, а завтра – семья и работа. Еще классики говорили: если нет коммерческого интереса, дело обречено на провал. А если бы этому посвятить жизнь?!
 

STI: Тогда, возможно, Вы бы не стали руководителем компании «Гранд Байкал»…

В.Г.: Почему? Стал бы… Просто надо переводить это движение на коммерческие рельсы! Этот опыт может быть восстановлен и реализован, чтобы сделать Байкал мировым центром детского экологического туризма.
Далее, Иркутск может быть местом проведения различных конгрессов. Помните «Отель» Артура Хейли? Там управляющий мотался по всему миру, чтобы привлечь в свой отель какой-нибудь конгресс. Это выгодно, потому что привлекает в регион людей, которых нужно разместить, организовать им программу пребывания. Я считаю, что городу совместно с областью и предпринимателями нужно выбрать площадку для строительства нормального конгресс-центра.
 

STI: Мощностей «Гранд Байкала» не хватает для развития конгрессного направления?
 

В.Г.: В «Байкал Бизнес Центре» зал может принять 350 человек, необходим зал на 1000 мест. Конгресс-центр призван решить многие актуальные для города задачи – зал для конгрессов, собраний, концертов, при нем должен работать отель с большим номерным фондом. Конечно, деловое пространство в Иркутске успешно реализуется и сегодня: у нас проходят БЭФы, госсоветы, в этом году мы провели международную конференцию спецслужб, расширенную коллегию Сбербанка. Есть пространство, но эту нишу надо разрабатывать. В Барселоне проводится до 700 конгрессов в год! Участники и организаторы говорят, что все равно, где проводить конгрессы: в Мадриде, Барселоне, Ростове или Иркутске. Да и человеку, который пять раз уже был в Барселоне, самый красивый город может приесться. К нам будет чуть дороже лететь, но и эту проблему можно решить.
 

STI: Как, по Вашему мнению, должна развиваться туристская отрасль на Байкале?
 

В.Г.: Для развития туризма необходимо сконцентрировать усилия в ключевых точках и создать в них достойную инфраструктуру, отвечающую международным стандартам гостеприимства и сервиса. Это Листвянка, Большое Голоустное, бухта Песчаная, Малое море, Чивыркуйский залив, может быть, Турка, которая попала в ОЭЗ [ТР ОЭЗ «Байкальская гавань» - STI] и Байкальск - в связи с закрытием комбината. Далее мы начинаем соединять их разными маршрутами: пешими с рюкзаком, на лошадях, собаках, снегоходах, вездеходах, кораблях, машинах… В свое время я доказывал, что не надо в Голоустном заниматься глобализмом. По Байкалу интересно перемещаться! А прожить 10 дней в Голоустном не интересно – там надо переночевать в стильном, вписанном в ландшафт отеле, попариться в бане и уйти на корабле в бухту Песчаную, где ноги сами тебя несут к местным достопримечательностям - останцам, муравейникам, пещерам, кратерам…
Инвесторы на Байкале есть, но они хотят простого – гарантий, что вложенные деньги вернутся, поэтому власть должна создать соответствующие условия. Необходим программный документ, утвержденный на федеральном или региональном уровнях.
Одной из попыток создать условия была организация ОЭЗ, но здесь мы ошиблись, сосредоточив усилия в Голоустном.
А вообще дискуссии на эту тему я наблюдаю с 1993 года, но программа развития туристской инфраструктуры на Байкале так и не создана. Подходы были очень интересные, но в силу различных причин они не воплотились в жизнь. Мое понимание этого процесса такое. Однажды, сидя в аэропорту с Максимом Борисовичем Лозовским [руководитель проектов компании Strategy Partners - STI], мы придумали лозунг, который теперь совместно продвигаем: «Байкал –место быстрого восстановления сил». Известность Байкала не настолько высока, как принято считать, но вместе с тем, найдется достаточное количество людей по всему миру, которые желают посетить озеро, даже понимая, что им не предоставят комфортного проживания.
 

STI: Как Вы относитесь к конкуренции регионов, создающих ОЭЗ на Байкале?
 

В.Г.: Я хорошо знаю, что делается в Бурятии, и даже немного рад, что они идут впереди: построили хорошую дорогу, заложили первый камень ОЭЗ в Турке. Тем правильнее модель освоения Байкала. Как только там появится достойная инфраструктура – мы сможем формировать турпродукт, а агентства продавать и получать с этого комиссию.
 

STI: Какова, по-Вашему, должна быть архитектура ОЭЗ?
 

В.Г.: Я бы разделил зону на 7 сегментов, развивая ее на каждой территории по очереди – с учетом приоритетов.
 

STI: Вы говорите об очередности реализации проектов. Однако современное законодательство не дает строить капитальные туристические объекты вне ОЭЗ ТРТ. В этом году акцент по приоритетам развития ОЭЗ сместился в Байкальск. В то же время побережье пролива Малое море уже используется турбизнесом. Но пока это пространство не включат в зону, развитие турбизнеса там невозможно.

В.Г.: Во-первых, мы можем развивать туризм на землях поселений. Нам ничто не мешает утвердить схему территориального планирования с учетом границ Прибайкальского национального парка и обозначить территории, в которых мы можем развивать туризм. Далее в ключевых точках создаем гостиницы и базы, где есть горячая вода и канализование. Кстати, сейчас есть техническая возможность строить очистные сооружения даже в малых отелях. Второй момент – на территории нацпарка никто не запрещает людям гулять и даже ночевать.
 

STI: В рамках специальных зон...
 

В.Г.: Правильно, так давайте проведем такое зонирование, наделим коммерсанта полномочиями, дадим право собирать деньги с туристов, продавать дрова. Еще в 2001 году Владимир Бережных [директор Негосударственного учреждения культуры «Экспедиция Интер-Байкал» - STI], который всю свою жизнь отстаивает идеи экотуризма, продвигал идею приют-кордонов, где можно остановиться на ночлег, жечь костер, ставить палатки. Если будут такие организованные площадки для баз отдыха и кемпингов, может быть, и не надо ничего делать в других местах?! А просто ходить пешком, фотографировать и радоваться… Я считаю, что в регулировании нет ничего страшного. Хочешь приехать – иди на специальную площадку, плати за дрова и наслаждайся. Если жизнь сложилась по-другому – приезжай в отель, которые мы построим в ключевой точке, и плавай в бассейне с подогреваемой водой.
 

STI: Вы известны как сторонник регулирования «дикого» туризма. Когда Вы пришли к идее ограничений?
 

В.Г.: Недавно. Я всегда смотрел на ситуацию на Байкале с позиции туриста и принадлежал к противникам любых ограничений. Но… как-то раз, на «Байкальском кольце», мои дети жгли в костре целлофановые пакеты. Мимо шла Татьяна Антоновна Маркова, возглавлявшая тогда БЭВ, и сделала мне мощнейшее замечание. Я тогда возмутился, услышав, что весь мусор надо нести с собой в рюкзаках, и даже с ней поссорился. Мы должны были пройти 250 километров, мой рюкзак весил 52 килограмма, у нас старшие парни были нагружены вещами девушек и младших – делать из рюкзаков мусорные контейнеры совсем не хотелось. Но она настаивала, что с этого начинается ущерб природе, что те же пакеты надо не сжигать, а увозить с собой. И со временем я осознал ее правоту. Природу надо беречь, потому что она не восстанавливается так быстро, как нам хотелось бы. Сегодня я лично забочусь об этом, вожу с собой в машине огромные пакеты для мусора. Вдруг я завтра поеду на Байкал – я же не знаю! И в нашей дружеской компании тот же закон: если на стоянке грязно, мы весь мусор соберем и увезем в Иркутск.
В последнее время резко вырос объем туристов. Все купили машины – и поехали на Байкал из Иркутска, Улан-Удэ, Красноярска, Читы. Люди приезжают на один раз, «оттусили» и все оставили. Угроза от этого большая, чем от БЦБК, и надо отдавать себе в этом отчет. На моих глазах с 1985 года в заливе Мухор погибает бухта Университетская. Если бы не частники, которые вычистили водоросли, отсыпали пляж, бухты бы уже не было, потому что там стирают, моются, шампуни используют. А что творится в Монахово, где варварски уничтожается природа бесконтрольной рыбалкой! Если мы не начнем ограничивать дикий туризм, Байкал мы скоро потеряем. С точки зрения туриста обидно думать об этом, но сейчас мы приходим к выводу, что туризм на берегах Байкала надо регулировать и готовим предложения для обсуждения на комитете по туризму ТПП ВС.
 

STI: Ко Дню туризма правительства Бурятии и Иркутской области распространили оптимистичные данные об увеличении сезона. Как Ваша компания пережила первый «посткризисный» сезон?

В.Г.: Сезон был трудным. По всем статданным мы видим, что активность организованного туризма: и внутреннего, и выездного - снизилась. Но сегодня мне кажется, что не кризис является основной причиной этого снижения. Главное - несоответствие качества продукта рекламной картинке. На сайте красивая фотография, а по факту – биотуалет с оторванной защелкой и холодным полом; отсутствие звукоизоляции на базах – так что если ты смотришь футбол, а за стенкой кто-то занимается любовью, то ты сразу и на стадионе, и в публичном доме. Только в одной базе на Малом море есть нормальные раковины, в которых можно умыться. Обычно они настолько маленькие и краник установлен так, что лицо в раковину не входит и чтобы умыть лицо, ты должен набирать воду в ладошки. И делать это в тапках и желательно голым, потому что иначе ты обрызгаешься. А голым -холодно, дует из угла… Это классика почти всех баз на Малом море! Мы перестали придавать значение качеству.
Мы не формируем поток – мы обслуживаем тех, кто приезжает самостоятельно, и делаем вид, что так и надо! Самостоятельно поток на Байкал формируют единицы. А московские туроператоры, которые имеют достаточно опыта и могли бы его формировать, сегодня боятся везти на Байкал туристов, потому что не уверены в конечном качестве продукта. А ведь сегодня турист стал более требовательным и все чаще обращается за компенсационными выплатами в суд. Думаю, что это должно заставить индустрию задуматься, а власть установить стандарты.
 

STI: Вы полагаете, что стандарты сервиса должны устанавливать власти, а не саморегулируемые организации?
 

В.Г.: Конечно, организация туроператоров. Но чтобы появилась СРО, в отрасли должны появиться сверхдоходы. У нас 100 с лишним компаний, из них 80% кое-как сводят концы с концами: живут, работают, хватает на зарплату и на отдых. На первом этапе, когда нужно создавать условия для индустрии, власть должна подталкивать к стандартизации в свете программы по развитию отрасли. В этом смысле нынешний статус управления по туризму не позволяет решать подобные задачи.
 

STI: Какой статус оно должно иметь?
 

В.Г.: На федеральном уровне работает самостоятельное агентство, которое осуществляет государственные функции. И на региональном уровне нужен орган, который мог бы осуществлять контроль и надзор, был бы наделен соответствующими функциями и полномочиями.
 

STI: Губернатор Иркутской области объявил о том, что будет закон о Байкале требует изменений. Вас удовлетворяет сегодняшнее законодательство о Байкале?

В.Г.: Оно громоздкое и настолько непонятное, что простому человеку не разобраться, в нем есть огромное количество подзаконных актов, которые не исполняются. Если закон не работает – как он может нас удовлетворять? Законы, которые не работают, мешают жить.
 

STI: Ваша деятельность в торгово-промышленной палате Восточной Сибири будет связана с законодательной инициативой?
 

В.Г.: Пока мы провели одно заседание, на котором решили, что комитет нам нужен не для галочки, а для четкого понимания того, что мы можем сделать, а что - нет. Хотя я понимаю, что есть статус и вес палаты, который может помочь предпринимателям в решении вопросов. Мы включились в работу по схеме территориального планирования Ольхонского района и, по крайней мере, сейчас там начался конструктивный диалог. Мы планируем создать площадку для создания программы по развитию туризма. Кстати, есть позитивный сигнал: руководство Иркутска подключилось к работе комитета на уровне заместителя мэра. Они дали свои предложения и готовы слушать рекомендации по разработке своей программы по туризму. Нас ждет празднование 350-летия города. Тут хочешь – не хочешь, а придется задуматься о туризме!
 

 

Материал просмотрели 4029 посетителей
Подписка на ЭБ STI

Чтобы подписаться на Электронный бюллетень STI, заполните, пожалуйста форму