Органайзер

18.09.2019 – 30.09.2019
Рекламный тур во Вьетнам из Иркутска
Рекламные туры

19.09.2019 – 19.09.2019
"Азербайджан - страна солнца и огней"
Презентации/семинары

20.09.2019 – 27.09.2019
Рекламный тур БАЙДАЙХЭ-ДАЛЯНЬ (медицинский туризм)
Рекламные туры

24.09.2019
Новосибирская область глазами Туристско-информационного центра
Презентации/семинары

24.09.2019
Туры в Петербург: программы на осенне-зимний период, новогодние туры. Туры в Москву, по Золотому кольцу, в Калининград и Карелию
Презентации/семинары

24.09.2019
Из города в путешествие. Повышение эффективности работы турагентства с помощью использования современных инструментов формирования турпродукта
Презентации/семинары

24.09.2019
Комфортное путешествие по рекам России
Презентации/семинары

24.09.2019
Workshop STI Иркутск
Workshop

Все мероприятия (36)

Ваше агентство продаёт:
День в истории
18 сентября

2006 год:
В cвязи с реконструкцией взлетно-посадочной полосы все рейсы на Улан-Удэ начал ...
Также в этот день

STP-эксперт

Штучный товар

20.02.2013

В России 2013 год объявлен «Годом музеев», который проходит в рамках «Культурной Олимпиады «Сочи 2014».  В основе идеи – намерение познакомить всех желающих с культурным достоянием страны, показать не только богатство и потенциал музейных выставок, экспозиций и инсталляций, но и привлечь  будущих туристов. Почему один из старейших и заслуженных музеев Сибири не вошёл в программу мероприятий? Почему турбизнес неактивно использует возможности уникального объекта культуры? На эти и другие вопросы STI ответила Валентина Михайловна Ярошевская, директор Красноярского краевого краеведческого музея.

STI: Валентина Михайловна, под вашим руководством находится самое большое хозяйство культурной отрасли Красноярского края, однако среди официальных туристических маршрутов по достопримечательностям края и города, музеи не обозначены. Означает ли это, что туроператоры и туристские власти не рассматривают культурные объекты в качестве составляющей для привлечения туристов?

В.Я.:  Мы  активно работаем с тремя операторами: «Дюла», «Енисей-тур», «Саянское кольцо». Без договоров, по заявкам. С отраслью в целом не сложилось. У них ситуация очень сложная: интернет сейчас позволяет туристам самостоятельно планировать отдых по стране, а как раз развитием и продвижением самой страны никто не занимается в комплексе, только какими-то отдельными участками. Никто не озабочен объединением туризма и культуры. Сейчас у нас превалирует спорт, звучит Сочи. Всё.  Иностранные группы у нас бывают, но они, как правило, совсем небольшие, хотя диапазон стран широкий.  Есть даже группы из Бразилии. Но это не основная часть наших посетителей. Недавно я была в Хабаровске и даже позавидовала. Летом к краеведческому музею каждые 15 минут подходит автобус с иностранцами. Рядом Япония, Китай, едут и европейцы. Музей встроен в туристическую сферу, видимо, об этом как-то заботятся. У нас такого нет. Мы активно участвуем в музейных и научных грантах, а вот связанных с туризмом грантов я не знаю. К тому же от туристических сообществ нам никаких предложений не поступает. Кстати, бывшего нашего министра спорта, туризма и молодёжной политике Сергея Гурова я даже так и не смогла  заманить в музей просто на экскурсию. В местных туристических выставках мы участвуем, а вот на международные выставки министерство нас  не приглашает.

Валентина Михайловна Ярошевская
Родилась 31 июля 1949 года в п. Ивантеевка Саратовской области.
1970 г. - окончила Саратовский государственный университет.
1974 г. - окончила Высшую комсомольскую школу (ВКШ) при ЦК ВЛКСМ. По распределению приехала в Красноярск. Работала инструктором в крайкоме комсомола.
1980 г. - возглавила Красноярский краевой краеведческий музей.
Председатель ученого совета Красноярского краеведческого музея. Член Российского комитета Международного совета музеев ИКОМ с 1998 г. (ICOM - International Council of Museums - Международная ассоциация музеев). Член президиума Союза музеев России. Глава  попечительского совета благотворительного фонда В.П. Астафьева.

Беда нашего управленчества –  ведомственная разобщённость. Сидят министр культуры, министр образования, министр туризма, и каждый тянет одеяло на себя. Здесь нужен системный подход. На муниципальном уровне с этим проще, есть зам. главы, который занимается всеми этими вопросами. А на региональном – не получается. И это не только у нас, так везде. Мои взаимоотношения с властью – это монолог.

STI: Если сфера туризма вами не интересуется, то в каком направлении развивается музей?

В.Я.: Мы заняли образовательную нишу. Все наши проекты построены так, чтобы начиная с 2-х летнего возраста, дети каждый год бывали в музее, у нас разработаны специальные уроки, программы. Поэтому основной посетитель – это дети и студенты. Ещё гости города, красноярцы всегда ведут своих гостей в музей. У нас нет недостатка в посетителях, но мы бьёмся над этим постоянно! Если остановимся – потеряем. Проводим дни рождения в музее, свадебные фотосессии.

STI: Если смотреть со стороны, то сегодняшнее процветание музея выглядит чудом, ведь его двери были закрыты 14 лет. Как удалось отстроиться в самое сложное финансовое время – в 90-е годы?

В.Я.: Если ты в своей жизни ставишь амбициозные цели, то всё равно добьёшься желаемого.  Даже если это случится не при твоей жизни, ты оставишь задел для будущих поколений. Я пришла на должность директора музея 32 года назад и ставила перед собой только такие задачи. Мне нужно было вытащить музей из того состояния, в котором он находился. Конечно, всё получалось совсем не так быстро, как я рассчитывала, в силу своего характера. Мой темперамент не соответствовал температуре, накалу того времени. Как раз в 90-х годах  скорее пришло моё время, когда стало посвободнее, когда можно было критиковать руководство, что-то требовать. Хотя с другой стороны было финансовое рабство. Не было ни копейки. Но в любой ситуации человек стоящий у руля, да хоть у какого рулишка, он выстраивает стратегию, потом  собирает команду. Если у тебя это получилось, и ты убедителен, если ты страстен, то всё получится. На мой взгляд, нельзя ничего добиться, если в деле ты не страстен, только страсть двигает делом. Если ты равнодушен, не амбициозен, считаешь, что всё равно ничего нельзя исправить, нечего и браться.

14 лет музей был закрыт из-за аварийного состояния в перестроечные годы, денег не было. Перекрытия рушились, потому что здание музея как было недостроено во время Первой мировой войны, так оно и осталось таким. Весь социализм оно в таком состоянии и прожило. Для того, чтобы приступить хотя бы к изыскательcким работам – понять, что из себя представляют перекрытия (а вся документация сгорела в 1927 году), нужно было выехать из здания. А там находилось и хранилище, и экспозиции, и рабочие кабинеты, и столярка, и худ. мастерская. Вы не представляете, насколько убого всё это выглядело. Когда я пришла, то ужаснулась. А ведь убогость музея – это самый большой бич для страны. Если музей краеведческий убогий, то и представление о родине такое же. Дрожжей-то патриотических нет. Нужно, чтобы человек зашёл в музей, узнал о крае, возликовал  от гордости, что здесь живёт. Только так должны выглядеть краеведческие музеи, иначе в них нет смысла.

Когда мы закрылись, я выстроила отдельное здание, где у нас разместилось хранилище, кабинеты, мастерские. Потом начались поиски других зданий. Теперь на Калинина у нас целый квартал всех наших хранилищ и производственных помещений.  Для того, чтобы в те годы построить вот это здание… я до сих пор поражаюсь, как нам это удалось. Только страстность толкала. Больницы закрывались, всё рушилось, а мы повернули властный интерес на себя и построили. Плохо, некачественно, как всё тогда строилось. Но если бы мы этого не сделали, мы бы до сих пор были закрыты. И каждое достижение - это схватки с властью. Самая большая схватка была с Лебедем. Он принял непростое политическое решение по реконструкции музея, что в то время было сродни чуду.

STI: Команду удалось собрать легко?

В.Я.: Нужно отметить, что мне достался коллектив очень профессиональный, научные сотрудники явились золотым запасом музея. Музей – уникальное явление, здесь очень много разнообразных направлений работы.  Можно, конечно, было привести новую команду, чтобы всё забурлило. Но тогда бы ушла главная составляющая деятельности музея, которая и является брендом – это научная деятельность,  исследования, формирование коллекций, пропагандистская работа. А вот команда, которая пульсирует, занимается организационным, технологическим обеспечением музея, она собиралась отдельно. Здесь всё срослось: научный, стратегический и исполнительный потенциал.

STI: Многое пришлось ломать?

В.Я.: Кроме стен пришлось ломать подходы. В каждом коллективе есть люди, так называемый «штучный товар».  Их ломать нельзя, вокруг них нужно плясать, потому что заменить их некем.  Я огражу таких людей ото всех и создам все условия, чтобы их никто не переманил.

13 марта 2002 г. указом Президента РФ Валентине Ярошевской присвоены государственная награда и звание заслуженного работника культуры России. Победительница Всероссийского конкурса «Женщина – директор года» (2002 г.) Автор книги «Во глубине Сибири», каталогов, научных сборников, публицистических произведений. Имя В.М. Ярошевской представлено в V выпуске энциклопедии «Лучшие люди России». В.П. Астафьев посвятил ей свою повесть «Обертон».

STI: А конкуренция большая?

В.Я.: Музейной конкуренции нет. У нас с кадрами нет проблем, к нам рвутся все. Но есть другая конкуренция, чисто экономическая, потому что зарплаты музейных работников никак не соответствуют уровню их таланта и объёму работы.  Вот, например, Енисейский музей. Город-памятник, уникальное место. В прошлом году из него ушли 6 человек, а там всего-то их 12. И ушли куда? В соседний киоск. Вот какая конкуренция. Потому что людям  нужно жить, поднимать детей, платить ЖКХ... Сейчас пришло в музей новое непуганное поколение, которое ничего не спасало, у которых низковатый уровень образования, но амбиции большие. И я со страхом думаю о будущем музея. Уходят люди, которые пережили самые драматические моменты музея, они выстояли, защитили, не дали всё это растащить. Было время, когда от нас уходила охрана, мы здесь ночевали.  Пока ещё эта команда есть, но золотой фонд истончается. Та молодёжь, что пришла, приживается, им весело. Любой молодой специалист обязательно проходит через  отдел музейной педагогики, потом экскурсионный отдел, побарахтается там, а уж потом, познав, что такое край, музей, полюбив его, происходит какой-то профессиональный рост. Но в любом случае не хватает образованных,  много нечитающих, а работнику музея нужно читать и читать. И не только профильную литературу, а набирать знаний из всех жизненных сфер. И по вертикали и по горизонтали интересоваться всем: общественной жизнью, политической жизнью, иначе ты не сформулируешь то, что должен оставить потомкам. Это проблема не только наша, а всех музеев в стране. Мы сами видим, что происходит в сфере высшего образования: из стен университета выходит историк, который понятия не имеет об историческом процессе, поэтому приходится здесь его дообразовывать.

STI: Новосибирский краеведческий музей активно формирует музейную среду в регионе, в частности, при поддержке региональных властей участвует в развитии проекта Сузунский монетный двор, который должен стать местом экскурсионного паломничества. Нуждается ли Красноярский край в формировании таких центров притяжения туристов, и какие объекты могут стать их ядром?

В.Я.: Красноярск находится в «яме» между Восточной и Западной Сибирью, между такими монстрами, как Новосибирск и Иркутск.  Во-первых, наш музей был закрыт 14 лет, во –вторых, Новосибирск развивается поступательно, а  Красноярск на какое-то время застыл. Мы стали более провинциальными. Раньше, в 70-80-90-е годы этой провинциальности  не ощущалось, когда я выезжала в наши музейные столицы, я чувствовала себя наравне с музейщиками. И возвращалась  оттуда с восторгом, потому что здесь было интересно. А потом произошёл какой-то регресс. Сейчас ситуация меняется, и я верю, что она изменится. Очень ударило по Красноярску то, что Новосибирск стал центром Сибирского округа. В отличие от Новосибирска и Иркутска, Красноярск никогда не отличался въездным туризмом, потому что здесь был большой потенциал военно-промышленного комплекса, соответственно, очень много закрытых территорий и объектов. А вот наши соседи были исконно туристическими городами. Я помню, что в 70-е годы в Новосибирске продавали «Кока-Колу», а до нас она никогда не доходила.

Конечно, каждый музей ищет свою тему, свой бренд. Мы тут подводили статистику – 49 групп иностранных туристов за прошлый год посетило Краеведческий музей и «Святитель Николай». Я уж молчу про Овсянку, мы её не рекламируем, но это «Мекка», это бренд территории. Если власть умна, она поймёт, что нужно брендировать.  Понятно, что так, как Байкал, ничто не прозвучит, но нам нужно искать элементы брандирования.  Без системы въездного туризма бессмысленно чего-то ждать.  Если мы ориентируемся только на постоянный круг посетителей, тогда нужны очень большие вложения на перемену экспозиций и выставок, а они стоят больших денег. Нужны средства на рекламу – обязательная движущая сила любого музея. Если этого нет, то о брендировании территории говорить сложно. А у нас практически рекламы нет. Мы, конечно, во все сети вошли, где только возможно, создали сайт., однако этого недостаточно. А в последнее время представители СМИ даже не ходят на открытие выставок, хотя мы посылаем приглашения, пресс-релизы. Им это неинтересно. Позитивные, созидательные прецеденты их не привлекают. Ограниченность касается сегодня всех сфер: когда журналиста во время обучения в ВУЗе не отправляют за шкирку ходить в музей, он равнодушен, ему неинтересно, он не знает, что делается в регионе. 

Красноярский краевой краеведческий музей: Один из старейших музеев Сибири и России. Является членом Союза музеев России с 2002 года, представлен в ИКОМ России. Открыт 12(25) февраля 1889 года. Основатели - представители местной интеллигенции супруги Матвеевы. Музей дважды переезжал в различные помещения. Нынешнее здание музея, стилизованное под древнеегипетский храм, построено по проекту известного красноярского архитектора Леонида Александровича Чернышёва (1875-1932). В 1913 году началось строительство, Чернышев согласился безвозмездно проектировать здание и контролировать ход работ. Из-за начала Первой мировой войны здание осталось недостроенным, в нём располагались казармы,  в 1920 году – военный госпиталь. В 1920 году при окуривании помещений серой здание сгорело. Ремонт начался в 1927 году, завершился  в 1929 году. После образования Красноярского края в 1935 году музей получил своё нынешнее название – Красноярский краеведческий музей.

STI: Что касается иностранных групп, у вас работает практика двойных цен для россиян и иностранцев?

В.Я.: Наша ценовая политика такова: цена билета для наших соотечественников не должна быть препятствием для посещения музея. С иностранными гражданами политика другая. Потому что наши граждане платят налог, который идёт в бюджет. А иностранные граждане не участвуют в содержании музея, поэтому они должны платить больше. Разница – в два раза. Стандартная цена для взрослого – 100 рублей, т.е. для иностранцев – 200 руб.

STI: При любой власти Вам удавалось продвигать свои проекты, значит, краевые чиновники всё же неравнодушны к культуре?

В.Я.: Так получается, что с каждым губернатором у нас случается некий созидательный проект. Сначала случается конфликт, конечно, а потом дело поворачивается в рабочую сторону. С Зубовым мы отстояли литературный музей, с Лебедем Краеведческий музей открыли, с Хлопониным сделали Овсянку, с Кузнецовым сейчас разворачиваем проект новой экспозиции литературного музея и Юдинской библиотеки.  Но плохо, что у нас всё зависит от первого лица, не от закона, не от потребностей.  Когда  ты постоянно отстаиваешь свою позицию, как-то неохота с тобой общаться: «Что ты всё время лезешь со своим музеем? У нас онкологический центр, другие важные объекты». Правильно, но с чем я должна лезть? Да, как гражданин, я тоже понимаю, что онкологический центр важнее, но где-то у меня есть понимание, что можно и строительство онкологического центра давно можно было завершить и нас поддержать. Где-то неправильно выстроена система.

STI: Ваши экспозиции уникальны и признаны, есть ли среди них пример неожиданного даже для Вас успеха?

В.Я.: Неожиданностей нет. Скорее есть пример для гордости. Я горжусь тем, как нагло мы прорвались в победители с нашей выставкой «Бегство от удивлений или Красноярские открытия». Выставка основана на законах физики, находится  в музее Красикова. Фонд «Династия Зимина» объявил конкурс для научных музеев, в правилах участия была категорическая приписка о том, что краеведческие музеи не имеют права участвовать в конкурсе.  А мы на тот момент уже практически доделали наше «Бегство от удивлений». Я позвонила в Фонд, спросила, почему нельзя? Мне сказали, что краеведческих музеев очень много, а экспозиции их, как правило, не соответствуют тематике. Тогда я предложила: ваши эксперты всё равно отправляются в Новосибирск смотреть на двух заявленных участников, я оплачу им дорогу и проживание, пусть они просто заедут в Красноярск и посмотрят, что мы сделали. Эксперты приехали и ахнули. И нам позволили участвовать. И мы стали победителями в России. Но самое главное, что этот конкурс проводится ежегодно, а благодаря нам, краеведческие музеи теперь включены в список участников. Думаете, эта победа заинтересовала министерство туризма? А мы, кстати, не вложили в эту экспозицию ни одной бюджетной копейки, всё было построено на грантах и пожертвованиях.

STI: Красноярский край, помимо природных памятников, может гордиться и знаменитыми земляками, и интересной архитектурой, но не может похвастать грамотно разработанными экскурсионными маршрутами. Почему? В разработке этих маршрутов не готовы принимать участие деятели культуры?

В.Я.: Мы-то проводим квесты по всем музеям города. Являемся основоположниками этих квестов. Квесты исторические, они интересны не только школьникам, но и фирмам, банкам. Более того, у нас есть прекрасный экскурсионный маршрут, который легко может стать международным. Он называется «Дорога памяти», посвящён жизни и творчеству В.П. Астафьева.  Мы начинаем с Литературного музея и методично рассказываем о дороге до Овсянки, по пути рассматривая знаковые объекты: Краеведческий музей, который Виктор Петрович любил, и где с ним прощались, провожая его в последний путь; мост через Енисей, река,  которую он воспел в своих произведениях так, как никто не воспел; правобережье Красноярска, где в войну закладывалось наше сегодняшнее настоящее; затем «Столбы» и «Роев ручей»; затем смотровая площадка, Красноярская ГЭС, кладбище, где упокоился Виктор Петрович; затем Овсянка - знаковое место. В Овсянке наш маршрут лежит от церкви до дома бабушки, где сейчас музей «Последний поклон» и дома Астафьева.  С этим маршрутом мы стали лауреатами премии Александра Невского в прошлом году. На федеральном уровне нас признают, а местному министерству туризма мы не интересны. Мы разослали этот туристический маршрут в турфирмы, а в ответ – тишина.

STI: Столичные музеи и музейные комплексы давно интегрированы в сферу туризма, а среди региональных музеев Вы могли бы назвать эталон такого сотрудничества?

В.Я.: Если не брать федеральные музейные комплексы, то в качестве примера идеального содружества музейной культуры и туристического потенциала я бы привела Елабужский музей. Это просто сказка! Здесь бьются сердца в едином направлении. Но прежде всего оттого, что туризмом там музей и заправляет. Они не отдали это направление на откуп ни одному туроператору, занимаются всем сами. Как встречают по Волге, так и размещают – водят – провожают. Музей сам по себе просто восхитительный! Кроме того, хотела бы отметить Казанский национальный музей, Хабаровский краеведческий музей – это тоже образец для подражания. Тем не менее, в своём направлении наш музей признан научным сообществом одним из первых. А это самое главное признание.

Структура музея:

Краеведческий музей
Музей-усадьба Юдина (Юдинская библиотека): основа музея – собрание книг библиофила Г. В. Юдина (1840-1912). Большая часть собрания (81 тысяча книг) была продана в 1906 году в США. В 1907 году она составила ядро славянской части Вашингтонской Библиотеки Конгресса США.
Музей-пароход «Святитель Николай»: построен в 1886 году, принадлежал крупному сибирскому промышленнику И. М. Сибирякову, был самым быстроходным судном на Енисее. На этом пароходе в 1891 году, совершил краткую поездку цесаревич Николай, будущий император России Николай II. В 1897 году В. И. Ульянов (Ленин) и его соратники отправились на этом пароходе в Минусинск, к месту ссылки.
Дом-музей Красикова: Бывший дом протоиерея Касьянова, где родился и жил П. А. Красиков (1870-1939) – организатор и руководитель первых марксистских кружков в Красноярске.
Литературный музей им. В.П. Астафьева (открыт 6 июня 1997 года): в собрании уникальные изобразительные, письменные источники, документы, фотографии, плакаты, афиши, автографы писателей и поэтов XIX-XX века, редкие книги и журналы XIX-XX вв.
Мемориальный дом-музей В. П. Астафьева в посёлке Овсянка (открыт 29 ноября 2002 года).
Хранилища
 

Материал просмотрели 2411 посетителей
Подписка на ЭБ STI

Чтобы подписаться на Электронный бюллетень STI, заполните, пожалуйста форму